Что Вы ищете?

Кстати, о птичках

Кстати, о птичках

Птица для человека всегда была особым символом, синонимом полета и свободы. Очень часто любовь к пернатым приобретает конкретные формы. За границей давно популярен birdwatching («бёрдвотчинг») – наблюдение за птицами, набирает он обороты и в нашей стране. Но есть и более штучный вариант помощи научному сообществу (и популяции пернатых, конечно) – кольцевание птиц. Апрель – первый месяц, когда вы можете посвятить себя этому занятию в качестве волонтера. Бонусом получите прекрасную перезагрузку от стрессов города, и даже, скорее всего,… похудеете.

Десять дней на дальнем кордоне

В каждой стране существуют свои центры кольцевания птиц. В России такой центр находится в Москве.

 

Кстати

Если к вам в руки попало кольцо или метка от птицы, вы можете поучаствовать в составлении отечественной базы данных по кольцеванию, которая позволяет следить за дальностью и скоростью миграций птиц. Для этого нужно сообщить о находке по адресу: 117312, Москва,Центр кольцевания птиц или по электронной почте bird.ring.rus@gmail.com. В письме нужно указать всё, что находится на кольце, дату, место и обстоятельства находки.

Кольца для всех стран, входящих в Европейскую систему кольцевания птиц EURING, выпускает одна фирма, они стандартизованы, есть национальные отличия.

Ближайшее же к Северной столице место, где можно поучаствовать в кольцевании, – Нижне-Свирский заповедник. Каждый год он набирает волонтеров. Сезон длится с апреля по октябрь, но приехать просто на уикенд, поиграть в волонтера, не получится: смена рассчитана минимум на 10 дней. Десять дней на дальнем кордоне, без электричества (да-да), холодильника, с удобствами во дворе, в полусотне километров от ближайшего медпункта и нескольких десятках – от цивилизации, в компании мошки и слепней, с меню, состоящим из круп и тушенки… Конечно, да! Ведь это, кроме очевидной помощи ученым, еще и прекрасная возможность: побыть наедине с собой, выдохнуть, заново расставить приоритеты, обнулиться и т. д.

Приехала на две недели – осталась навсегда

Если вы задумываетесь о том, чтобы стать волонтером в Нижне-Свирском заповеднике, нужно выполнить несколько обязательных и/или желательных правил:

1. Возраст – от 18 лет и старше. Теоретически, можно привлечь к волонтерским работам и подростков, но только под началом командира-организатора с нотариальной доверенностью. На практике этого стараются не делать.

2. Крайне желательно иметь прививку от клещевого энцефалита. В начале сезона, вплоть до середины июня, клещи в девственных лесах заповедника – частые гости, а осмотр себя и коллег на предмет их – обязательная процедура.

3. «Быть коммуникабельным, – сообщает сайт заповедника www.n-svirsky.ru. – Адекватно оценивать свою готовность к жизни в лесу».

Отбор волонтеров проводится в том числе с помощью анкетирования. Преимущество получают анкеты с указанным профилем в соцсетях, открытым и с реальными фотографиями.

–Потом мы начинаем переписываться с кандидатами и рассказываем наши правила, – говорит начальник отдела экологического просвещения заповедника Анна Уфимцева. – Основное из них – нельзя через два дня сказать: «Мне не понравилось, я поехал обратно». 10 дней – минимальная смена, но некоторые остаются и на пару месяцев. У нас есть сотрудница, которая два года ездила волонтером, оставалась дольше, чем планировала, а теперь вообще устроилась работать в Нижне-Свирский.

Среднестатистический волонтер – москвич или петербуржец, хотя встречаются и иностранцы.

–Был однажды волонтер из Финляндии, – рассказывает Анна Уфимцева. – Там очень развито гражданское кольцевание. Есть система сертификации, когда любой может сдать экзамен, показать, что он знает птиц, знает технику, правила и законодательные аспекты кольцевания, и кольцевать сам – ставить на своей земле сети и ловить. Кольца выдает центр кольцевания, заказывает на свою страну. В каждом государстве Европы свои правила: у кого-то есть обязательные взносы в клуб кольцевания, где-то платный экзамен. У нас в России законодательная база под гражданское кольцевание не подведена. Этот волонтер приезжал к нам, чтобы потренироваться в определении птиц, потому что у нас очень похожий набор видов и сроки прилета.

Кроме того, волонтер – не бедный студент, работающий за идею, хотя и такие попадаются. Встречаются учителя, почтальоны, бизнесмены – словом, представители очень разных профессий. По словам Анны, как правило, люди, которые уходят в любительскую орнитологию, – вполне обеспеченные: фотографы и бёрдвотчеры могут позволить себе дорогое оборудование, поездки за птицами, в конце концов, они могут позволить себе не работать две недели то в одном, то в другом, то в третьем сезоне. Получается, что случайных людей почти никогда не бывает.

Когда медведь ходит по берегу – это хорошо

Рассчитывая затраты, имейте в виду: заповедник обеспечивает транспорт до кордона, экскурсии по территории, коммунальное обеспечение типа солнечных батарей или газовых баллонов, проживание в деревянных домиках на 1-3 человек.

Но добраться до Лодейного Поля нужно будет самостоятельно (транспорт оттуда организует заповедник). И на питание волонтеры скидываются вместе с сотрудниками – по 350 рублей в день. Кроме того, нужно будет собрать:

–спальный мешок или набор постельного белья,

–одежду по погоде, сменную одежду, дождевик, резиновые сапоги,

–средства защиты от комаров и клещей,

–полный набор средств личной гигиены,

–максимально укомплектованную аптечку.

Среди волонтеров очень много девушек. Основная задача – помощь кольцевателям при работе с птицами, проверка ловушек и доставание попавших туда птиц – не требует физической силы, а только терпения и внимания. Всегда есть такая работа как ремонт сетей ловушек, которые истираются от ветра. В прошлом году в начале сезона мыли и красили изнутри волонтерский домик, – понятно, что гендер тут не имеет значения.

Основных кордонов в заповеднике два. Электричества там нет. Только в 2019 году обзавелись солнечной батареей. До этого был просто генератор, который включали на час в день, подзарядить телефоны.

–Самое страшное – в прошлом году там появился wi-fi, и теперь ты почти не чувствуешь отрыва от цивилизации, – смеется Анна Уфимцева, рассказывая о жизни в лесу.

Летом в достаточном количестве есть слепни и оводы, но нет холодильника. В апреле-мае и сентябре-октябре может быть прохладно, постоянно топят печь, а это нужно уметь делать.

Два года назад в заповеднике сменился директор, а вместе с ним и система охраны. Сейчас до всех можно дозвониться, вместе с волонтерами обычно живут инспектора, и в общем стало поспокойней. А раньше самая экстремальная ситуация была – не медведь и не волки.

–Ты остаешься на станции, может сесть телефон, может не быть бензина, – говорит Анна. – На кордоне два сотрудника и волонтеры, и ты видишь рыбацкую лодку, которая пристала к берегу. У тебя на 25 километров вокруг нет никого, а у них может быть оружие, могут быть непонятные намерения. В принципе, браконьеры-рыбаки жгут кордоны, уничтожают запасы – это вечная конфронтация. И вот тогда становится страшно. Вариант – бросать всё и бежать в лес. А когда волки воют, когда медведь ходит по берегу, – это ничего, это всё хорошо.

А еще большинство волонтеров, проживших в заповеднике даже 10 дней, худеют и становятся подтянутей. Рацион их небогат, но и не скуден: тушенка, рис, гречка, макароны, овсянка, пшено, манка, сухое и жидкое молоко, сгущенка, печенья и галеты, капуста, свекла, картошка, морковь, яйца, колбаса, сыр, намазки, хлеб, кофе, чай, какао, майонез, кетчуп. Все начинают есть практически всё.При этом ходить приходится очень много: одна ловушка – 100 метров длиной, 6 утренних часов нужно обходить ее, 300 метров туда-обратно, плюс метров 500 от столовой до домика кольцевания – и за день наматывается столько километров, сколько не каждый прошагает в городе. «И конечно, ты начинаешь радостно всё есть», – резюмирует Анна.

 

Поговорить о птичках

Если кольцевание птиц – не ваша стихия, а орнитология все же привлекательна, в Нижне-Свирский заповедник можно приехать просто с экскурсией. Без учета автотранспорта однодневные пешие маршруты стоят от 500 рублей на человека в сутки, проживание – от 600 до 2000 рублей в зависимости от локации.

–Бёрдвотчеры остаются, конечно, с ночевкой, – рассказывает Анна Уфимцева. – Если такой визитер хочет гулять по территории, он должен иметь сопровождение из сотрудника заповедника. Бёрдвотчер обычно хочет научного сотрудника, чтобы поговорить о птичках, в прошлом году это стоило 1600 руб. за день. Основная статья расходов на экскурсию с кольцеванием птиц – это транспорт: завезти и вывезти людей на УАЗе стоит от 10000 руб. Бывает, что человек готов приехать в одиночестве и говорит: «Не вопрос».

Все подробности и детали можно уточнить на сайте заповедника и в социальных сетях: www.n-svirsky.ru, vk.com/n_svirsky, www.facebook.com/nsvirsky. С отделом экологического просвещения также можно связаться по электронной почте nsvirsky.zap@gmail.com или по номеру +79995275651.

 

Не кормите перелетных птиц!

Конечно, окрестности Лодейного Поля – не единственное место, где можно понаблюдать за птицами. В апреле идет их массовый транзитный пролет через регион, и часть пернатых остается здесь, чтобы продолжить свой род.

–В период активной миграции, весной и осенью, ни в коем случае нельзя подкармливать птиц, – напоминает биолог и генетик Павел Глазков, создатель YouTube-канала «Каждой твари по паре». – Тем самым мы можем искусственно подзадержать их у нас. В начале апреля почвы открываются от снега, птицам достаточно кормовой базы.

В конце весны и начале лета в наших широтах появляются так называемые слётки – птенцы-подростки, покинувшие гнездо. (У сов они могут возникнуть и гораздо раньше.)

–Если вы видите маленького птенца, не надо его забирать и уносить домой, – советует Павел. – В гнезде птенцы находятся до 2-3 недель. Дальше вылетают из него и до месяца (а некоторые и дольше) растут вне гнезда. Это нормально: он вылетел, сидит в 10-20 метрах, и родители его поочередно кормят. Выкормить дома птенца почти невозможно, с большой вероятностью он погибнет – у них очень сложный рацион. Если взяли в руки, ничего страшного, у птиц почти нет обоняния, за исключением грифов. Просто посадите его на ближайший к месту находки куст: птенец начнет орать, и родители его найдут.

Канал «Каждой твари по паре» существует третий год, в нем восемь десятков выпусков. Создание канала – инициатива Павла, его душевный порыв, выпуски он делает на свои средства.

–Я родом с Южного Урала. Отец был военный, я родился практически в лесу, в госпитале. Воинская часть находилась внутри Уральского хребта, прямо к подъезду подходили лоси, – рассказывает Павел Глазков. – Я провел все детство в горах и на озере и, конечно, природу чувствую, знаю, люблю. И себя в лесу намного безопаснее ощущаю, чем в городе.

Сначала Павел делал фильмы по 20 минут, иногда это был фильм-в-фильме, когда одно и то же место снималось в разное время года (например, зарисовка про бобров делалась 6 месяцев). Но потом пришел к выводу, что формат в 5-10 минут всё же оптимальней. В отличие от бёрдвотчеров, наблюдающих птиц в бинокль или подзорную трубу, Павел делает это, как правило, в объектив камеры.

Он охотно делится любимыми местами для наблюдения.

–Очень интересное место – бухта Глубокая в районе Коккорево, на Ладоге. Также вдоль Кронштадтской дамбы: постройка дамбы благоприятно сказалась на орнитологической фауне нашего города. Вдоль нее образовались огромные тростниковые плавни, возникло идеальное место для гнездования птиц. Уже третий год там гнездятся даже лебеди-шипуны, это уникальное явление в жизни дикой природы Санкт-Петербурга. Я люблю бывать на Финском заливе в районе Лебяжьего, каждый год там происходят массовые пролеты лебедей. Интересное место – тоже Финский залив в районе Лахты, там бывает большое скопление водоплавающих. В Санкт-Петербурге можно полюбоваться птицами прямо у Петропавловки, на Кронверкском канале, рядом с музеем артиллерии. Каждый год там появляются интересные пернатые: в прошлом году несколько недель жил гусь-гуменник – совершенно дикая птица, которая людей не видела и не боится, подпускала на метр. Долгое время обитала черная казарка, каждый год останавливается белощекая казарка, зимует каменушка, бывают красноголовые нырки. В последние годы в городе сформировалась даже своя популяция крякв: в этом году на зимовку осталось 10600 крякв, их четко посчитали. Представляете, какое количество уток у нас живет круглогодично?

Но подкармливать перелетных птиц, – напоминает Павел, – все же нельзя: у них своя дорога, свой путь, свое назначение.

Всё как у людей.